Выкладываю небольшую статью специалиста… Думаю, есть чем воспользоваться…

Валерий КИСЕЛЁВ
Председатель правления Московского городского отделения Общероссийского фонда ветеранов и сотрудников подразделения специального назначения и спецслужб «Вымпел-Гарант»
Закончил высшее пограничное военно-политическое училище КГБ СССР им. К. Е. Ворошилова, Высшую школу КГБ СССР. В середине 1980-х прошел дополнительную подготовку на Курсах усовершенствования оперативного состава, а затем — в школе войск специального назначения Кубы и Краснознамённом институте им. Ю.В. Андропова. В послужном списке Киселева есть отметки об участии в антитеррористических операциях, и специальных мероприятий по обезвреживанию вооруженных преступных группировок на территории Афганистана, Никарагуа, бывшего СССР — в Москве, Тбилиси, Баку. Лично участвовал в 250 боевых операциях по захвату вооруженных преступников, освобождении заложников…
Владеет несколькими иностранными языками. Имеет коричневый пояс карате. Мастер спорта по рукопашному бою, кандидат в мастера спорта по спортивному ориентированию, стрельбе, гиревому спорту и лыжам.


В Гавану прилетели 16 человек. Две группы по семь офицеров и два руководителя из 8-го отдела Управления «С». Вышли из самолета. Жара. В тени градусов 35. В зале для делегаций и VIP-персон аэропорта встретились с представителями кубинских спецвойск. Попробовали настоящий кубинский кофе. Маленькая чашечка. Буквально на полглоточка. Ничего вкуснее и ароматнее никто из них раньше не пробовал.
Из аэропорта выехали на легковых автомашинах. Привезли на какую-то виллу. В саду растут мандарины и бананы. В доме кондиционеры, видеомагнитофон с телевизором. В 1985 году в Советском Союзе о существовании видеомагнитофонов вообще знали единицы.
Выгрузились. Разместились. Прибыли представители кубинского командования. Познакомились и устроили товарищеский ужин. Кубинцы говорят по-испански, однако не все «вымпеловцы» понимают их речь. Изучение языка было дополнительной нагрузкой к тому, чему им предстояло учиться.
Первая неделя прошла на вилле. Великолепная кормежка. Много впечатлений. «Вымпеловцев» возили по Гаване. Показывали достопримечательности. Они купались в океане. Побывали на подводной охоте. Посетили и всемирно известный клуб-кабаре «Тропикана».
Пальмы, растущие в помещении, подсвечены разноцветными огнями и гирляндами. На сцене 10 чернокожих скрипачей в белых смокингах играют классику и национальные мотивы. Там кубинцы учили русских пить ром и курить сигары.
Началось представление. 200 красивых полуобнаженных девушек танцевали на сцене, между столиками и на специальных помостах, устроенных на подсвеченных пальмах. Это действо продолжалось свыше двух часов.
Все было здорово и красиво, однако никто еще не догадывался, что это была лишь акклиматизация.



Период отдыха закончился. Нам выдали трусы цвета хаки. Какие-то тапочки. Не очень красивый на вид камуфляж, хотя носить его было удобно. Мы переоделись, и нас повезли под Гавану в учебный лагерь кубинского спецназа.
Лагерь представлял собой казарму, расположенную в низине, окруженную покрытыми лесом холмами. Местных спецназовцев к тому времени из лагеря вывезли. В нем были только 16 «вымпеловцев» и несколько преподавателей и инструкторов кубинского спецназа. Другие преподаватели приезжали только для проведения занятий и после них уезжали в свои учебные лагеря. Кубинцы предоставили самых лучших преподавателей из разных спецшкол. По всем спецдисциплинам настоящие асы своего дела, но это мы узнали потом.
Нам сообщили, что мы будем тренироваться на «тропе Че Гевары», где он со своим отрядом тренировался перед выходом в Боливию. Эта тропа представляет собой маршрут по холмам вокруг расположенного посередине лагеря. Холм высотой 250–300 метров с уклоном 30–45 градусов. Наверху небольшое плато диаметром метров 15–20, затем спуск вниз. По периметру лагеря семь таких холмов, и вся тропа длиной 7,5 км. Но это еще не все. На всем протяжении тропы — мины-ловушки, растяжки, различные препятствия и все другие «прелести» специальных операций. Форма одежды — одни трусы (шорты) и без обуви. Для полного удовольствия каждому «вымпеловцу» выдали металлическую болванку весом в полпуда (килограммов 8), отдаленно напоминающую автомат Калашникова. При помощи веревки (вместо ремня), привязанной к «стволу и шейке приклада», она (эта железка) носилась на шее, и расставаться с ней было нельзя. В придачу — подсумок с имитацией мин, который выдавался тоже для веса и вешался на пояс.
Когда мы прошли «тропу Че Гевары» первый раз, в лагерь вернулись «мертвыми». А как хорошо все начиналось… «Тропикана», ром, сигары, океан, рыбалка…
Нас учили проходить минные заграждения, разминировать руками и вслепую различные типы мин. Проходить заграждения из колючей проволоки. Снимать часовых, проникать к складам, аэродромам, казармам, топливным терминалам и многому другому.
Все это — вперемежку с «тропой Че Гевары», физической подготовкой и отработкой различных способов передвижения. Одно только перемещение в согнутом положении чего стоит!.. Даже после 15 минут в таком положении начинают болеть все мышцы. А нас заставляли ходить так часами.
Идти в таком положении нужно абсолютно синхронно всей группе. Идущий первым ощупывает ногами землю перед собой, чтобы обнаружить мины и растяжки. Передвижение идет след в след. Известно, что человеческий глаз воспринимает только быстрое движение. На медленное движение никто не обращает внимания. Поэтому двигаться в этом положении нужно очень медленно и плавно, чтобы мгновенно замереть, если взлетит осветительная ракета. Боец практически сливается с окружающей средой. Сколько нужно тренироваться, чтобы в совершенстве освоить такой способ передвижения!


Или ночные занятия по передвижению ползком. По 10–12 часов подряд. Смысл такого передвижения в том, что группа из 4–5 человек должна проникнуть на охраняемый объект, например в казармы, где находится батальон противника, и уничтожить его. Это может быть любой объект — топливный терминал, аэродром или склады боеприпасов. Группа движется очень медленно, преодолевая минные заграждения или специальные шумовые препятствия: сухие листья, маты из тростника, соломы, обломки шифера. Заграждения из колючей проволоки.
Движение всей группы абсолютно синхронно и бесшумно. Ведущий находит мины, в полной темноте проверяет их на неизвлекаемость или на ловушки, снимает растяжки, убирает их с прохода или обозначает их расположение. Пока ведущий разбирается с очередным «сюрпризом», вся группа лежит неподвижно. А в это время по ним бегают муравьи и другие насекомые, которые выискивают место, где бы побольнее укусить.
Предупрежденная охрана объекта внимательно следит за всей обстановкой и время от времени пускает осветительные ракеты. Вся группа намазана маскирующим составом из трав или грязи. Оружие тоже обработано, чтобы не давало бликов. Из одежды на каждом только трусы.
Прошли минное поле. Затем ограждение из колючей проволоки. Это в кино колючку перекусывают и сразу идут дальше. В реальной жизни проволоку надкусывают, а затем разламывают руками, чтобы она не издала ни звука. Разводят в стороны специальными зацепами и обозначают проход для выхода.
После отработки таких операций выходили на специальные комплексные занятия на различных объектах.
Как ставить магнитную мину с часовым взрывателем на цистерну, оказавшуюся пустой? Ночь. Тишина. Подносишь магнит к бочке, и раздается звук, подобный взрыву. Все, задание провалено, и ты «погиб».
«Уничтожали» батальон в казармах. В поясных сумках, которые по-испански называются «больсо», носили толовые шашки. Незаметно подбирались. По команде командира бойцы забрасывают толовые шашки в окна казарм, и они взрываются. Одновременно взрываются и вышки с часовыми, если их не уничтожили заранее.
Семь спецназовцев уничтожают батальон (около 400 солдат и офицеров)! Уцелевшие в этом кошмаре еще долго не смогут встать в строй из-за ранений и контузий. Взрываются самолеты на аэродромах, топливные терминалы и склады боеприпасов. А группа спецназа уже ушла, замаскировав за собой проходы в инженерных заграждениях».
Одна группа ОУЦ обучалась на Кубе три месяца. Потом их вернули в Союз. Вторая же группа осталась учиться еще на три месяца. Кубинских инструкторов при этом не убавилось. И все их внимание досталось оставшимся офицерам.
Командиры групп поначалу думали, что едут руководить. Однако кубинцы решили иначе — иди сюда, ложись впереди и вперед по маршруту. Вы приехали сюда учиться, а по-другому не научишься. И командиры тренировались вместе с бойцами. Они иногда ездили якобы на встречи в посольство. Но в субботу и воскресенье. Подготовка на «тропе Че Гевары» длилась пять месяцев. Всех кормили как на убой, и при этом все похудели. Тренировки обращались в мощь и энергию для каждого бойца. Трое бойцов — Абакар Садулаев, Юрий Лунев и Валерий Кислов — еще умудрялись после тренировок на полигоне заниматься «железом». У них на вилле была штанга, килограммов под 90, и при каждом удобном случае они отрабатывали подтягивания на любом снаряде — турнике, карнизе подоконника, ветке дерева и тому подобном.
Нет смысла вспоминать все виды оружия, которые им приходилось осваивать. Кубинцы учили их стрелять по-настоящему. И днем, и ночью, и на звук, и в движении, и по движущейся мишени, и на вспышку, и от бедра, и многому другому.
Стреляли из 82-мм миномета без опорной плиты. Полный вес 82-миллиметрового батальонного миномета составляет 56 килограммов. Один ствол от миномета — тяжел, а с опорной плитой его можно транспортировать только на транспорте. Спецназовцев учили стрелять без опорной плиты. Ствол упирается в землю и примерно наводится на цель. При помощи специальной буссоли производится прицеливание, и миномет фиксируется в этом положении. Точность попадания при такой стрельбе составляет 3–5 метров. Для миномета это считается точным попаданием. Один из спецназовцев фиксировал положение миномета, а второй опускал мины в ствол. С момента первого запуска мины до первого разрыва на земле бойцы успевали сделать до 12 выстрелов. После этого минометный расчет уходил с точки стрельбы. Огневой удар по противнику получался ощутимым.


В последний месяц «вымпеловцев» перевели на городскую подготовку. Происходило то же самое, что и в России. Лесная и городская группы. Тайниковые операции, способы и места базирования, передвижения по городу, обнаружение наблюдения и уход от него.
Кубинские спецназовцы — одни из лучших специалистов по организации засад и похищениям людей. Всему этому они обучали и наших офицеров.
Из воспоминаний ветерана «Вымпела» подполковника Виталия Альбертовича Еремеева:
«У кубинцев все материалы для подготовки спецназа систематизированы и разложены по полочкам. Преподаватель сперва давал лекционный материал. Затем мы все обсуждали полученную информацию. Потом просматривали фильм, чаще всего художественный. Классический фильм для дисциплины «саботаж» «Их знали только в лицо». После таких занятий фильм смотрится совершенно по-другому.
Нас провозили по маршруту и давали установку, как по нему будет двигаться объект. Каждому из нас ставилась отдельная задача. Одному — разработать план похищения, другому — ликвидацию, третьему — еще что-то, и так далее.
Затем был «трибунал». Приезжали мастера кубинского спецназа, а мы должны были перед ними защитить свои разработки и доказать, что это наиболее приемлемый и правильный вариант действий в соответствии с поставленной задачей и исходя из существующих условий проведения операции. После защиты плана операции мы отрабатывали его на практике в городе.
Объект был реальным. Это был преподаватель разведшколы, который не знал нас в лицо, но он был предупрежден, что по нему идет работа. У кубинцев это обычная практика. Каждый из преподавателей может в любой момент отправиться на войну. Если он замечает вокруг себя что-то необычное, он обязан немедленно доложить руководству.
Приходилось маскироваться. Кубинцы преподают свою тактику очень подробно и частями. Они заставляли думать всех.
Командир или боец может принять единственно правильное решение только в том случае, когда у него подобных решений великое множество. Для этого необходимо еще на стадии подготовки продумать любые неожиданности. Все вводные, которые могут каким-либо образом повлиять на судьбу операции, отрабатываются заранее. Даже самые невероятные. Только тогда, когда в действительности сотрудник спецподразделения сталкивается с новыми факторами, он может мгновенно принять самое правильное решение, так как он уже проходил это на практике.
Тот же самый «трибунал» для того и существует, чтобы отработать все возможные варианты операции. При этом вопросы и вводные тебе задают люди, которые сами не раз участвовали в реализации подобных мероприятий на практике. Поэтому и вопросы, и вводные весьма серьезные.
Кубинцы учили нас думать на местности. Главный смысл таких учений в том, что неожиданных вопросов и ситуаций при проведении специальных операций быть не должно по определению. Все должно быть продумано заранее. Только в этом случае операция будет обречена на успех».
«Вымпеловцам» на Кубе дали еще один вид подготовки. На это ушла неделя. Кубинцы никогда не говорили заранее, чему собирались обучать. Просто приходил инструктор и объявлял новую тему или предмет сегодняшних занятий.
В тот раз на виллу пришел какой-то старик и принес с собой огромное количество разных замков. Некоторые были разрезаны, чтобы можно было наглядно увидеть, как они устроены и работают. Все сели за круглый стол, и он начал показывать и объяснять, как вскрывать замки без ключей. Он объяснял устройство всех типов существовавших тогда замков — от висячих до сейфовых. Пояснил и показал, как отмычка может заменить ключ. Потом выдал каждому по замку и предложил начать тренировки. Когда начало получаться и все замки пооткрывали, пошли тренироваться на замках виллы. Потом принялись за сейфы. Всех серьезно предупредили, чтобы об этих навыках не узнал никто больше.
После окончания всех видов подготовки «вымпеловцам» устроили специальное комплексное занятие на проверку полученных навыков. На этот экзамен из Союза прилетел генерал Александр Иванович Лазаренко. Присутствовал Рауль Кастро. Экзамен «вымпеловцы» сдали на «отлично». Лазаренко был удивлен теми новыми навыками, которые они продемонстрировали. Такого он раньше не видел.
Кроме боевой подготовки все «вымпеловцы» ежедневно вели конспекты занятий. На основании этих тетрадей и отчетов бойцов о командировке в «Вымпеле» подготовили пособия для обучения спецназа по кубинской методике. Кубинский спецназ считался одним из лучших в мире. Они постоянно воевали в Анголе, Конго, Боливии, Никарагуа и других странах.
После возвращения с Кубы и подготовки отчетов о командировке, был продемонстрирован один из новых полученных навыков – боевое ката с автоматом. Это было одно из многих практических (осознанных и систематизированных) упражнений, которое давало некоторые навыки использования автомата в рукопашном бою.
Сегодня такой технический комплекс исполняют и десантники. Причем в более продвинутом виде. А в то время это была самая новая техника приемов с длинноствольным оружием в рукопашном бою. До этого времени даже бойцы «Вымпела» такого не видели и только пытались придумать что-то похожее. У кубинцев все уже было хорошо придумано. Конечно, время и боевое искусство не стоят на месте. Сегодня это уже более доработано, более прикладное и красивое по исполнению. Но в то время это была новинка. Ката закончилось холостым выстрелом вверх. Весь зал сперва затих, а затем разразился аплодисментами.
После этой учебы в ОУЦ по кубинским методикам обкатывали всех сотрудников. Практически все сотрудники «Вымпела» были с высшим образованием, а методические материалы по кубинской школе спецназа были составлены на хорошем профессиональном уровне. Для офицеров, уже имеющих за плечами хотя бы одно высшее образование, заниматься самообразованием по имеющимся пособиям не составляло проблем.
По этим же методикам «вымпеловские» инструкторы и советники впоследствии готовили спецназовцев в Афганистане и других странах.

Никарагуа

Командировка была короткая — всего три месяца. Четыре сотрудника ОУЦ были направлены на перенимание опыта и оказание помощи сандинистам. Особое внимание следовало уделять деятельности спецвойск, которые постоянно участвовали в боевых действиях. Именно они в то время привели к власти Даниэля Ортегу, который считался большим другом Советского Союза.
Начиналось все с того, что сандинисты создавали свои партизанские отряды, которые, как и на Кубе, назывались колоннами. Сначала действовали только в лесах и горах, потом начали завоевывать города. В конце концов сандинисты захватили столицу страны Манагуа и пришли к власти. Против новой власти начала партизанскую войну оппозиция. Обстановка очень напоминала Афганистан. Очаги сопротивления были и в джунглях, и в горах, и в городах. Они вели боевые действия при активной финансовой, технической и военной поддержке инструкторов ЦРУ США.
У никарагуанских спецвойск были высокие показатели по подавлению антиправительственных выступлений. «Вымпеловцы» ознакомились с отчетами практически всех боевых операций, проведенных никарагуанским спецназом. Одновременно они участвовали в планировании и подготовке новых операций. Одним из главных советников спецвойск в то время был сотрудник 8-го отдела Управления «С» капитан 1-го ранга Виктор Васильевич Васильев, с которым «вымпеловцы» были знакомы еще по кубинской командировке.
Колония советских специалистов в Никарагуа была небольшой. Практически все друг друга знали. У Виктора Васильевича был среди них хороший знакомый, призер многих чемпионатов по стрельбе Юрий Кудряшов, который тренировал никарагуанских спортсменов. И он предложил нам познакомиться с никарагуанской техникой стрельбы из пистолета.
После прохождения специальной огневой подготовки на Кубе мы считали, что научить нас чему-то новому в стрельбе уже невозможно. Но Кудряшов настоял на том, чтобы мы глянули на этот вид стрельбы, и познакомил нас с двумя никарагуанскими специалистами по стрельбе — Луисом и Хорхе.
Луис обучался этой стрельбе в США и, вернувшись в Никарагуа, научил так стрелять многих. Хорхе был его учеником. Это была стрельба «флеш», или так называемая защитная стрельба. Ее принцип и смысл довольно просты.
Изобретатели этого вида стрельбы исследовали около 5 тыс. случаев боевых столкновений полицейских с бандитами, торговцами наркотиками и террористами. Оказалось, что боевые контакты в 90 процентах случаев происходят на дистанции от трех до 10 метров. То есть средняя дистанция огневого боя равна примерно пяти метрам. На этом и основывается принцип прицельной и точной «защитной» стрельбы на короткой дистанции, но стрельба должна вестись сразу двумя выстрелами.
Смысл стрельбы «флеш» в том, что если ты даже успеешь первым выстрелить, а для этого нужно вытащить пистолет, зарядить его или снять с предохранителя, прицелиться и выстрелить, то при попадании твой противник автоматически успеет нажать на курок, и существует большая вероятность, что результатом явится обоюдное поражение. Другой момент — когда противник физически сильный и выносливый. Даже если попасть ему в сердце, он, будучи уже фактически убитым, успеет еще осознанно нажать на курок и поразить тебя. Поэтому при стрельбе «флеш» делается сразу два выстрела. Двойная стрельба дает больший шанс сбить противника с его линии прицеливания за счет кинетической энергии пули. Одна пуля, даже самого распространенного калибра, не дает гарантии, что удар пули в тело уведет его с линии прицеливания. Два выстрела подряд действуют, как удар хорошего боксера. Противника сносит с линии прицеливания. Поэтому те, кто думает, что стрельба «флеш» рассчитана на надежное уничтожение противника, немного ошибаются. Главный принцип этой стрельбы в том, чтобы убрать противника вместе с оружием с линии прицеливания и обезопасить себя.
Хорхе рассказывал о случаях из своей практики, когда он на тропе в сельве столкнулся нос к носу с вооруженным человеком. Тот стоял с ружьем, уже почти направленным на Хорхе. Дистанция для выстрела была около пяти метров. Промахнуться было невозможно. Хорхе первым успел выстрелить дважды. Противник тоже успел нажать на курок, но заряд картечи прошел над головой. Две пули опрокинули врага.
Спецназовец должен уметь не только получить со склада пистолет, разобрать его, освободить от заводской смазки, собрать, зарядить и выстрелить, но и подготовить этот пистолет под свою руку. Он должен подогнать под себя амуницию, подобрать удобную кобуру.
Закрытые штатные армейские и милицейские кобуры разработаны для безопасности ношения личного оружия, но в спецназе этим пришлось поступиться ради скорости «обнажения ствола». В противном случае пистолет останется в сохранности, вот только пользоваться им будет некому. Поэтому взамен штатных кобур появились собственные разработки, которые позволяли носить пистолет под любым удобным для стрелка углом. В частности, плечевые кобуры с расположением ствола от вертикального до горизонтального. В том числе с открытой частью ствола, чтобы вести огонь назад, не вынимая пистолета, прямо через пиджак.
Мало того, что нужно успеть достать пистолет, зарядить и так далее, так еще и нужно дважды попасть точно в цель.
Именно в «Вымпеле» совместно с НИИ Спецтехники были разработаны первые модели кобур, которыми сегодня пользуются сотрудники уголовного розыска МВД и бойцы многих спецподразделений. Первыми их начали разрабатывать и использовать в ОУЦ.
Мы сделали много видов кобур. Для ношения на боку, подмышкой, для крепления на бронежилете.
Когда мы начали готовиться по новой программе стрельбы — достать пистолет, снять его с предохранителя, перезарядить, вывести мушку и целик на уровень глаз и сделать два выстрела,?— пришлось писать новую инструкцию по стрельбе.


Ежедневно каждый из офицеров, чтобы приобрести необходимый навык, отстреливал как минимум 20–30 патронов. В тот период стрельба в ОУЦ была одним из основных предметов подготовки. Оборудовали новый тир. Стреляли с утра до вечера. С вечера до утра. Стреляли в движении — как стрелка, так и мишени. На вспышку, на звук. В падении. В кувырке. Против троих и до восьми противников. Всему этому нужно и можно было научиться.
По этому поводу мной в ОУЦ подготовлено методическое пособие по обучению стрельбе «флеш». В эту методичку вошли и навыки, полученные во время обучения на Кубе. Так называемые полицейские позиции для стрельбы № 1 и № 2, стрельба из-за укрытия и другие способы. В методике полностью расписано, как тренироваться для меткой скоростной стрельбы на ближней дистанции. Начиная от способа держать пистолет до скоростной перезарядки. Там же предусмотрены способы стрельбы из пистолета на 50 метров. Это, в частности, производится из полицейской позиции № 2 (сидя на земле и используя согнутое колено как подставку для пистолета).
После того как мы отработали и систематизировали эту методику, мы начали показывать ее в других подразделениях. В Московском управлении КГБ, в 7-м управлении, в «Альфе», в 9-м управлении. Это была основа нового способа стрельбы, которую можно было развивать и дальше в каком угодно направлении — в зависимости от задач конкретного подразделения.
Для достаточно неплохого владения пистолетом требуется около четырех месяцев ежедневных тренировок. И «вымпеловцы» добивались прекрасных результатов. Даже при действии одного против семи шанс поразить все мишени до начала ответной стрельбы достаточно высок. На все это вместе с перезарядкой новой обоймы у подготовленных стрелков уходило около пяти секунд. Стрелок сам избирает тактику ведения стрельбы и приоритеты целей: какую необходимо поразить в первую очередь и какой закончить. Все это делается в зависимости от расположения целей и степени вероятной угрозы. При этом все мишени находились в движении, на разной высоте и расстоянии от стрелка и с различными видами «вооружения».
Позже Хорхе приезжал в Москву. Он был в то время одним из весьма заметных партийных и военных лидеров правительства сандинистов и приезжал сюда как турист. Мы уговорили его провести с нами несколько мастер-классов по стрельбе. Занятия проводились в тирах в Балашихе и в Московском управлении КГБ.
Мастер-класс предполагает, что занимающиеся в нем студенты уже понимают, о чем идет речь, и сами неплохо владеют этими приемами. Хорхе в течение недели показывал нашим сотрудникам интересные мастерские нюансы и приемы скоростной стрельбы. Когда я занимался разработкой методического пособия, Павел Кочнев и Бек Бекенбаев помогали мне, рисуя к нему иллюстрации.
Следует отметить, что упражнения для развития навыков скоростной стрельбы не похожи друг на друга. Обучение в том и состоит, чтобы не учить стандартным ситуацям, потому что в жизни стандартных ситуаций не бывает. Поэтому после овладения стандартными позициями для стрельбы и приобретения навыков скоростного доставания пистолета, его заряжания и прицеливания каждый раз необходимо отрабатывать эти навыки на новом тренировочном упражнении и в новых условиях. Только таким образом можно научиться стрельбе «флеш».
Было, например, такое упражнение, когда во время стрельбы кто-то должен был тебя толкать, чтобы вывести из равновесия, мешать целиться. А ты должен достать оружие и поразить цель. Тогда это было вообще немыслимым нарушением всех правил и норм техники безопасности. Но все руководители ОУЦ прекрасно понимали, что в реальном бою может быть все что угодно, и сами проходили через такие тренинги.
Или другая ситуация. Стрелок сидит на коленках с картами (географическими), а в это время поднимается мишенная обстановка с нестандартной ситуацией. И нужно из неудобного положения выполнить норматив и поразить все цели. Причем оружие в этот момент может находиться где угодно: на столе, в кобуре, под картами, за ремнем и т.?д. При раненой левой руке, при ранении в правую руку. Как перезаряжать пистолет при ранении в руку, если она не работает?.. И все — на скорость.
Для увеличения скорости продумывался каждый нюанс. Каждый стрелок придумывал для себя маленькие хитрости. Например, грузик на правую полу пиджака, если пистолет носился в кобуре на правом боку. При резком повороте корпуса вправо грузик за счет инерции распахивает пиджак, что позволяет сэкономить время на доставание пистолета. И таких хитростей — сотни.
Другим ответвлением стрельбы по-никарагуански была работа с длинным стволом (автоматом). Смысл стрельбы с длинным стволом в другом. По опыту многих войн подсчитано, что для уничтожения одного солдата необходимо потратить в среднем 50 тысяч патронов. Естественно, спецназ не может таскать с собой такое количество боеприпасов. Поэтому работа с длинным стволом заключается в том, чтобы стрелять только одиночными выстрелами, и каждая пуля должна попасть в цель. Переводчик огня на «калашникове» в автоматический режим использовать было запрещено. А одиночные выстрелы подразумевали только прицельный огонь.
Так появилась новая методика для стрельбы из автомата на дистанциях от 20 до 100 метров. В этом случае стрелок с автоматом наизготовку, с прикладом, прижатым к плечу, по команде должен поразить мишень одиночным выстрелом в максимально короткое время.
Хорхе рассказал очередной случай, свидетелем которого он был во время одного из боев за населенный пункт. Выскакивают навстречу друг другу два автоматчика из враждующих лагерей. Расстояние между ними метров 10. Одновременно вскидывают свои автоматы, выпускают по полмагазина и прячутся за углами домов. Никто не пострадал…»
Чтобы не жечь патроны вхолостую, «вымпеловцев» учили стрелять из автомата из любых положений и в любую сторону. Один выстрел — одно попадание. С этой точки зрения никарагуанский опыт был для «вымпеловцев» уникальным.

www.bratishka.ru

Читать весь материал и комментарии